- Просто скажи, КАК?! Как мне простить тебя, когда ты... - слова комом встают в горле, и Ко замолкает. Ты его убил! Убил! Вонзил кинжал в спину прямо между лопаток... - Не можешь простить, так отомсти, - голос приглушён, но голубые глаза остаются сухими. Всё потому, что этот разговор ведётся между ними не впервые. - Нападай, я жду. В лезвии поднятой для защиты глефы появляется отражение рея. Секунда, другая, и... ничего не происходит. - Да, ты прав. Я пришёл отомстить, но... не тебе, - при этих словах оба замирают, на какое-то время прекращая даже дышать, словно над пропастью перекинули хрупкий мост, сотканный из миража и надежды, а они своим дыханием могут его разрушить. - Кажется, ты спрашивал, как я могу... - Хочешь, чтобы я пропустил или... помог? - рука с оружием опускается, открывая дорогу. - Пропусти, - Ко делает шаг вперёд, потом ещё один и ещё, пока чуть не задевает плечом плечо Саваки. - Я помогу, - русые пряди закрывают лицо, глаз не видно, но голос выдаёт своего господина. - С чего вдруг? - рей настораживается, чувствуя облегчение сина. - Просто... Я уже перестал надеяться, что ты хоть когда-нибудь сможешь меня простить... Дружеским жестом Ко сжимает рукой плечо Саваки и, аккуратным движением убрав с его лица выбившуюся прядь, замечает их. Слёзы. Я прощу, потому что... я уже простил.
- Не можешь простить, так отомсти, - голос приглушён, но голубые глаза остаются сухими. Всё потому, что этот разговор ведётся между ними не впервые. - Нападай, я жду.
В лезвии поднятой для защиты глефы появляется отражение рея. Секунда, другая, и... ничего не происходит.
- Да, ты прав. Я пришёл отомстить, но... не тебе, - при этих словах оба замирают, на какое-то время прекращая даже дышать, словно над пропастью перекинули хрупкий мост, сотканный из миража и надежды, а они своим дыханием могут его разрушить. - Кажется, ты спрашивал, как я могу...
- Хочешь, чтобы я пропустил или... помог? - рука с оружием опускается, открывая дорогу.
- Пропусти, - Ко делает шаг вперёд, потом ещё один и ещё, пока чуть не задевает плечом плечо Саваки.
- Я помогу, - русые пряди закрывают лицо, глаз не видно, но голос выдаёт своего господина.
- С чего вдруг? - рей настораживается, чувствуя облегчение сина.
- Просто... Я уже перестал надеяться, что ты хоть когда-нибудь сможешь меня простить...
Дружеским жестом Ко сжимает рукой плечо Саваки и, аккуратным движением убрав с его лица выбившуюся прядь, замечает их. Слёзы.
Я прощу, потому что... я уже простил.